Постановление пленума 48

Моментом окончания преступления по ст. 198 и 199 УК будет считаться момент «фактической неуплаты налогов, сборов, страховых взносов в срок, установленный законодательством о налогах и сборах». Таким образом, Верховный суд не стал менять практику по этому вопросу и убрал из финальной редакции постановления разъяснение о «бесконечном» сроке давности по налоговым преступлениям.

Владимир Давыдов, глава коллегии ВС по уголовным делам, подчеркнул: суды будут рассматривать этот вопрос по уже сложившейся практике, изменений не произойдёт.

Суды, согласно разъяснениям Пленума ВС, должны учитывать вступившие в силу решения арбитражных судов или судов общей юрисдикции, имеющие отношение к делу. Но «фактические обстоятельства, которые там установлены, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности или невиновности в совершении преступления», подчёркивается в постановлении.

Доказательствами в уголовном деле могут быть налоговые декларации, другие документы, необходимые для расчёта налога или взноса, акты налоговых проверок, заключения экспертов и так далее. Для привлечения к ответственности нужно установить не только наличие денежных средств и имущества, но и обстоятельства, которые показывают, что эти средства были намеренно скрыты.

При принятии решения об удовлетворении гражданского иска суд должен указать в приговоре размер подлежащей взысканию денежной суммы и в зависимости от вида неуплаченного налога, сбора, страхового взноса – наименование бюджета (федеральный, региональный, местный), в доход которого эта сумма подлежит взысканию.

По делам о преступлениях, предусмотренных ст. 199, ст. 199.1 и 199.2 УК, виновное физическое лицо может быть привлечено только в исключительных случаях. Например, когда у компании очевидно (с учётом рыночной стоимости её активов) не хватит денег, чтобы заплатить налоги.

Источник: Постановление Пленума ВС «О практике применения судами законодательства
 об ответственности за налоговые преступления».

Оплата чужой картой – вопросы квалификации

Пластиковые карты распространяются все шире. Преступлений в этой сфере тоже становится больше. По какой статье их правильно квалифицировать, разъясняет Пленум Верховного суда в Постановлении № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Например, если человек использовал чужую карту в банке, магазине, другой организации, это «мошенничество с использованием электронных средств платежа» – при условии, что он говорил сотрудникам, что это его собственная карта, или просто молчал. Самый «простой» состав такого мошенничества предусмотрен ч. 1 ст. 159.3 УК и предусматривает в том числе лишение свободы до трех лет.

Действия Дениса Килина суд сначала квалифицировал как кражу. Килин подобрал на тротуаре чужую карточку и отправился по магазинам. Вводить пин-код не требовалось, так что в итоге он успел потратить порядка 20 000 руб. За это первая инстанция приговорила подсудимого к 1,5 годам лишения свободы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Максимальное наказание по этому составу – шесть лет лишения свободы.

С решением районного суда оказался не согласен Верховный суд Удмуртии. Он напомнил о содержании п. 7 Постановления Пленума № 48. Согласно ему, использование чужой карты надо квалифицировать как мошенничество, если человек говорил сотрудникам магазина, что это его карта, или молчал, что она чужая. Но первая инстанция не разобралась, как Килин расплачивался чужой картой, участвовали ли в этом продавцы и каким образом. Нужно было установить эти факты и определить, было ли это тайное изъятие или мошенничество, указывается в апелляционном определении № 22-528/2019. С такими указаниями апелляция отправила дело на новое рассмотрение.

Похожую ошибку в другом деле исправил Калининградский областной суд. Там Сергей Кипайкин оплатил покупки и онлайн-игру чужой картой на 15 000 руб. Апелляция указала, что таким образом осужденный создал у продавцов впечатление, будто использует ее правомерно. Фактически он обманул их, что имеет право расплачиваться картой. Поэтому областной суд переквалифицировал действия Кипайкина с кражи на мошенничество с использованием платежных карт. В итоге тот получил 1 год и 8 месяцев лишения свободы (дело № 22-1703/2018).

Где будут судить за мошенничество с картами

В п. 5 постановления Пленума говорится о мошенничестве с безналичными денежными средствами. Преступление считается оконченным тогда, когда деньги были списаны со счета, а их владелец потерпел ущерб. Суды используют это разъяснение, когда определяют место совершения преступления и территориальную подсудность. Такой вопрос возник в деле В. Добровольского, который, по мнению следствия, похитил деньги с банковского счета УМВД России по Новгородской области. Дело поступило в Новгородский районный суд.

Но сторона защиты ходатайствовала о том, чтобы перенести рассмотрение дела в Дорогомиловский райсуд Москвы. Адвокат указывал, что Добровольский действовал на территории Москвы и там же организовал дальнейшее движение полученных средств. Кроме того, большинство свидетелей находятся в Москве, обращала внимание защита. Первая инстанция согласилась перенести рассмотрение дела в столицу, но апелляция оказалась другого мнения.

Как напомнил Новгородский областной суд, особенность хищения «безнала» в том, что оно считается оконченным уже в момент изъятия денег. Это значит, что местом совершения мошенничества надо считать место нахождения банковского счета. В случае Добровольского – это Великий Новгород. И нет разницы, где совершены предшествующие действия и где лицо распорядилось деньгами, указала апелляция в Постановлении № 1-206-22-400/2019.

Онлайн-переводы и компьютерные вмешательства

Похитить чужие средства можно и без карты, например, с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, обманув владельца. Это кража, но если при этом виновный незаконно не влиял на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами сети. Это разъясняет п. 21 Постановления № 48.

Эти разъяснения не учел суд первой инстанции, который квалифицировал действия А. Ербягина п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Ербягин использовал «мобильный банк», чтобы переводить себе деньги с чужого счета. Сколько именно, из судебных актов вымарано, указано только, что «ущерб значительный». По п. «г» ч. 3 ст. 158 УК Ербягин получил два года лишения свободы. Но Красноярский краевой суд счел наказание слишком суровым и объяснил это в определении № 22-993/2019.

Апелляция решила, что осужденный совершил «простую» кражу в крупном размере, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК. По ней санкции заметно меньше, чем по п. «г» ч. 3 этой же статьи. Дело в том, что Ербягин пользовался «мобильным банком», но не вмешивался в работу программ, серверов и информационно-телекоммуникационных сетей. Краевой суд убрал этот квалифицирующий признак из приговора и с учетом других смягчающих обстоятельств назначил подсудимому год исправительных работ с удержанием 10% зарплаты.

Компьютерное вмешательство имело место в другом уголовном деле, где судили продавца салона связи «Мегафон» Петра Зволя. С помощью переоформления счетов абонентов он вывел порядка 500 000 руб., принадлежавших «Мегафону». Махинации он проводил в компьютерной базе лицевых счетов. Поэтому районный суд определил преступление как «мошенничество в сфере компьютерной информации» (ч. 1 ст. 159.6 УК). При этом первая инстанция отказалась дополнительно квалифицировать действия Зволя по ч. 3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации с использованием служебного положения»). Районный суд объяснил свое решение тем, что Зволь использовал доступ к базе данных для реализации преступного намерения завладеть деньгами «Мегафона». То есть эти действия и так входили в состав мошенничества.

Первую инстанцию поправил Самарский областной суд со ссылкой на п. 20 Постановления Пленума № 48. Там содержатся правила квалификации мошеннических действий, которые сопряжены с «неправомерным доступом к компьютерной информации или использованием вредоносных компьютерных программ». Это не только ст. 159 УК «Мошенничество», но и одна из трех специальных статей в зависимости от обстоятельств преступления: ст. 272 («Неправомерный доступ к служебной информации»), 273 («Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ») или 274 УК («Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»). Апелляция сочла, что здесь требуется дополнительная квалификация. Все-таки продавец «Мегафона» неправомерно занимался модификацией охраняемой законом информации, за что предусмотрена ответственность ст. 272 УК, говорится в определении № 22-6541. В итоге дело направилось на пересмотр.

Хищение с подделкой: как квалифицировать

Если мошенник использовал подделки официальных документов, то преступление надо дополнительно квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК, указывается в п. 7 постановления Пленума. По этому пункту наказание за «подделку официального документа, который предоставляет права или освобождает от обязанностей», предусматривает, в частности, принудительные работы или лишение свободы на срок до двух лет. Это в два раза меньше, чем санкция по ч. 2 этой статьи за «те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение».

Первая инстанция не учла разъяснения ВС, когда оценивала действия Гуляйлы Омахановой в одном из уголовных дел. Директора ООО «Центр моды и дизайна» осудили за махинации при выкупе муниципального помещения у Махачкалы. С помощью поддельных документов директор хотела «сбить» цену на 1 млн руб. Она предъявила отчеты, которые подтверждали ремонт на эту сумму, хотя на самом деле никаких работ не проводилось, а подписи на бумагах оказались подделаны.

За это Омаханова получила 3,5 года условно (по совокупности за покушение на мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и «подделку с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение» (ч. 2 ст. 327 УК). Верховный суд Республики Дагестан в целом поддержал приговор районного суда, но поменял квалификацию подделки на ч. 1 ст. 327 УК в соответствии с указаниями Пленума Верховного суда РФ. Это отразилось на итоге дела. Поскольку «дополнительное» преступление небольшой тяжести, то по нему уже успел закончиться двухлетний срок привлечения к ответственности. Поэтому ВС Дагестана освободил Омаханову от ответственности. В апелляционном определении № 22-572 остались только 3 года условно за покушение на мошенничество.

Должностное преступление без должности

Чем отличается мошенничество с использованием служебных полномочий, разъясняет п. 29 Постановления Пленума № 51. В частности, его может совершить лицо, которое использует во вред свои «служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции».

Для правильной квалификации преступления их необходимо четко определить, напомнил Оренбургский облсуд в уголовном деле Игоря Перепелкина. По итогам такого пересмотра подсудимому удалось добиться смягчения наказания.

Районный суд приговорил его к 2,5 годам в колонии общего режима и штрафам в общей сумме на 750 000 руб. Перепелкина признали виновным в уклонении от уплаты налогов (ч. 1 ст. 199 УК) и покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК). Как установило следствие, фактический руководитель ООО оформлял фиктивные поставки и пытался возместить из бюджета более 3 млн руб. НДС. Первая инстанция решила, что Перепелкин совершил мошенничество с использованием служебного положения, потому что он распорядился учредить эту фирму и фактически управлял ею (бизнес был оформлен на родственницу лишь номинально).

Иного мнения оказался Оренбургский областной суд. Он применил более формальный подход. По документам осужденный в компании никто и никаких полномочий не имеет. «Суд не указал в приговоре, какими служебными полномочиями был наделен Перепелкин и какие он использовал при совершении преступления», – излагается в определении № 22-680/2019. Придя к таким выводам, апелляция уменьшила штраф на 250 000 руб.

26 ноября 2019 года Пленум Верховного Суда РФ (далее – «ВС РФ») принял новое Постановление № 48(далее – «Новое постановление»),касающееся практики применения судами законодательства об ответственности заналоговые преступления. Предыдущее Постановление Пленума ВС РФ от 28.12.2006 №64 (далее – «Предыдущее постановление»),посвящённое данной тематике, утратило силу.

Как известно, предложенный ранее проект Нового постановлениявызвал бурную негативную реакцию у российского бизнеса и юридическогосообщества. В итоге в окончательной редакции Нового постановления острые углыбыли сглажены, однако, как видно из уже опубликованных оценок, мощного позитиваоно тоже не вызвало. В настоящем обзоре мы поговорим о наиболее важных выводах,сделанных ВС РФ.

  1. Сроки давности привлечения к уголовной ответственности за налоговыепреступления

Вплоть до настоящего момента в правоприменительнойи судебной практике было принято понимание, что налоговые преступления,предусмотренные статьями 198 и 199 УК РФ (неуплата налогов физическими лицами иорганизациями) не являются длящимися преступлениями. Такой подход обуславливаетособый порядок исчисления сроков давности привлечения к уголовнойответственности. С практической точки зрения, это означает, что срок давностипривлечения к уголовной ответственности за неуплату налога составляет два годас даты, когда возникает обязанность уплаты того или иного налога (в случаекрупного размера неуплаченного налога), или 10 лет в случае, если речь идет онеуплате налога организацией в особо крупном размере.

Однако в середине этого года ВС РФ представил дляобщественного обсуждения ранний проект Нового постановления, в которомпредлагалось установить, что сроки давности привлечения к уголовнойответственности должны исчисляться со дня добровольного погашения либовзыскания недоимки по налогам. По существу, в этом случае налоговыепреступления стали бы длящимися, что дало бы правоохранительным органамвозможность привлекать к уголовной ответственности по истечении 5, 10 и даже 15лет с момента фактического совершения преступного деяния. Такое предложение ожидаемовызвало резко негативную реакцию бизнеса и профессионального сообщества.

В окончательной редакции Нового постановления ВС РФотказался от такого одиозного толкования. Применительно к данному вопросу текстНового постановления практически идентичен тексту Предыдущего постановления – онсодержит лишь указание на момент окончания преступления, которым, как и ранее,является неуплата налога в установленный налоговым законодательством срок.

С одной стороны, отрадным является тот факт, что ВСРФ прислушался к общественному мнению и исключил спорное положение из окончательнойредакции Нового постановления, так как это можно расценить как сохранение ужеустоявшихся подходов к привлечению лиц к уголовной ответственности. С другойстороны, полной ясности у налогоплательщиков так и не появилось.

Дело в том, что еще на стадии общественныхобсуждений Нового постановления было упомянуто о том, что квалификация налоговыхпреступлений в качестве длящихся в принципе возможна. Так, в одном из своихинтервью председатель ВС РФ Владимир Давыдов высказал мнение,что налоговые преступления «были длящимися всегда» (т.е., видимо, и в периоддействия Предыдущего постановления тоже). Если это действительно так, то Новое постановлениеедва ли облегчает жизнь налогоплательщикам. Так что фактически можно сказать,что Новое постановление в рассматриваемой части сохранило статус-кво, т.е. туже степень неопределенности, которая существовала и до его принятия.

  • Круг лиц, которые могут быть привлечены к уголовной ответственности

Предыдущее постановление предусматривало, что к уголовнойответственности по статье 199 УК РФ могут быть привлечены не только лица, ответственныеза подписание отчетной документации, предоставляемой в налоговую инспекцию, нои лица, обеспечивающие полноту и своевременность уплаты налогов и сборов. ВС РФпрямо указывал, что в число таких лиц входят (главные) бухгалтеры организаций. Даннуюпозицию, ссылаясь на Предыдущее постановление, неоднократно подтверждал иКонституционный Суд РФ.

В Новом постановлении ВС РФ указал, что субъектомпреступления является лицо, подписавшее документы, поданные в налоговуюинспекцию, в частности – руководитель организации или представитель организации(без конкретизации должности, которую такое лицо может занимать). Из текстаНового постановления также исчезло упоминание «иных служащих организации-налогоплательщика»,которых в Предыдущем постановлении ВС РФ предлагал расценивать как пособниковпреступления.

Бухгалтеры (главные бухгалтеры) не являются представителямиорганизации по закону и не обязаны подписывать бухгалтерскую отчетностьорганизации, если иного не предусматривает устав организации.Можно предположить, что ВС РФ хотел сместить фокус внимания на субъекте преступленияс конкретных должностей, занимаемых сотрудниками провинившейся организации, наанализ функций, выполняемых ими в рамках полномочий, предоставленных по законуили в силу доверенностей, исключив таким образом прямое упоминание бухгалтерови иных служащих организации. При этом ВС РФ не затрагивает вопрос о том, могутли такие лица быть признаны пособниками, подстрекателями или соисполнителями преступления,что, вероятнее всего, означает потенциальную возможность их привлечения вкачестве соучастников.

  • Освобождение от уголовнойответственности

УК РФ предусматривает, что лицо, впервыесовершившее налоговое преступление и полностью возместившее ущерб, причиненныйгосударству неуплатой налогов, освобождается от уголовной ответственности.

ВС РФ в Новом постановлении решил напомнить судам об уже устоявшейсясудебной практике, всоответствии с которой лицо считается совершившим преступление впервые и в томслучае, если оно не имеет неснятую или непогашенную судимость за преступление, предусмотренноетой же статьей.

Следовательно, если судимость лица, которое ранее привлекалось к уголовнойответственности, погашена на момент совершения им нового преступления (внезависимости от факта совершения налогового преступления ранее или наличиясудимости по иным статьям, не связанным с неуплатой налога) – такое лицо можетопять претендовать на освобождение от уголовной ответственности в случаепогашения в полном объеме недоимки, уплаты пени и штрафов.

Напоминаем, однако, что возмещение государству ущерба должно быть осуществленодо назначения судом первой инстанции судебного заседания.

  • Налоговая реконструкция при привлечении к уголовной ответственности

Новое постановление предписывает нижестоящим судам общей юрисдикции устанавливатьдействительный размер обязательств по уплате налогов, сборов, страховых взносовв соответствии с положениями законодательства о налогах и сборах, учитывать всовокупности все факторы, как увеличивающие, так и уменьшающие размернеуплаченных налогов, сборов и страховых взносов. Иными словами, ВС РФустанавливает проведение обязательной налоговой реконструкции в рамкахрассмотрения дел о налоговых преступлениях в судах общей юрисдикции.

Следует отметить, что данный пункт в Новом постановленииявляется, наверное, единственным серьезным нововведением. В контексте попытокМинфина и ФНС России дискредитировать механизм налоговой реконструкцииприменительно к ст. 54.1 НК РФ, данный пункт Нового постановленияпредставляется крайне важным. Конечно, проводить прямую аналогию между принципамипривлечения к уголовной ответственности за налоговые преступления и принципамиопределения пределов осуществления прав налогоплательщика не вполне корректно.Однако, думается, ВС РФ подал недвусмысленный сигнал о том, что в процессеправоприменения учет действительных обязательств налогоплательщика должениграть ключевую роль.

Принимая во внимание рассмотренное в этом году тем же ВС РФ дело ИП Угрюмовой, есть надежда, что налоговая реконструкция будет, наконец, окончательно закреплена в качестве действенного механизма разрешения дел, связанных с неуплатой налогов.

П. 4 Постановления.

П. 7 Постановления.

См.,например, Определение Конституционного Суда РФ от 29.05.2019 № 1243-О.

Ч. 8 ст. 13 ФЗ от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

П. 24 Постановления.

См. ПостановлениеПленума ВС РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства,регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности»и п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2016 № 48 «О практике применениясудами законодательства, регламентирующего особенности уголовнойответственности за преступления в сфере предпринимательской и инойэкономической деятельности».

Пункт 14 Постановления Пленума ВСРФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующегооснования и порядок освобождения от уголовной ответственности».

П. 14 Постановления.

Определение ВС РФ от 30.09.2019 №307-ЭС19-8085.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *